Портал МИР ИСТИНЫ
 
ДОБАВИТЬ САЙТ | В избранное | Сделать стартовой | Контакты

 

КАТАЛОГ

КЛУБ ПОРТАЛА

РЕКОМЕНДУЕМ

ПАРТНЕРЫ


Реклама на сайте!


  •  
    КНИГА 2. ОТДЕЛЬНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ

    Вернуться в раздел "Медитация"

    книга 2. Отдельная реальность
    Автор: Карлос Кастанеда
    << | <     | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 |     > | >>

    Место спонсора для этого раздела свободно.
    Прямая ссылка на этом месте и во всех текстах этого раздела.
    По всем вопросам обращаться сюда.



    занят важностью тех событий, которые он истолковывал, как указание, а меня
    занимали детали того, что я увидел.
    - Мне нет дела до указаний, - сказал я, - я хочу знать, что такое
    случилось со мной.
    Он сделал гримасу, как если бы был огорчен, и оставался минуту очень
    неподвижным и окаменевшим. Затем он взглянул на меня. Его тон был очень
    полон силы. Он сказал, что единственно важным моментом было то, что
    мескалито был так благосклонен ко мне и покрыл меня своим светом, и дал
    мне урок, хотя я не сделал со своей стороны для этого никаких усилий, а
    просто находился поблизости.



    4

    4 сентября 1968 года я поехал в Сонору навестить дона Хуана. Выполняя
    его просьбу, которую он сделал в мой предыдущий визит к нему, я по пути
    остановился в Ермосильо, чтобы купить ему самогонку из листьев агавы под
    названием баканора. В этот раз его просьба показалась мне очень странной,
    поскольку я знал, что он не любит пить, однако я купил четыре бутылки и
    сунул их в ящик вместе с другими вещами, которые я вез ему.
    - Зачем ты купил четыре бутылки? - сказал он, смеясь, когда я открыл
    ящик. - я просил тебя купить мне одну. Наверно, ты подумал, что баканора
    для меня, но это для моего внука Люсио, и тебе нужно будет дать это ему,
    как если б это был твой собственный подарок.
    Я встречался с внуком дона Хуана двумя годами раньше; ему было тогда
    28 лет. Он был очень высокий - выше 180 см, и всегда был экстравагантно
    хорошо одет для своих средств и по сравнению с окружающими его. В то
    время, как большинство индейцев яки носили джинсы, соломенные шляпы и
    домашнего изготовления сандалии - гарачес, - одежду Люсио составляли
    дорогой черной кожи жилет со множеством черепаховых пуговиц, техасская
    ковбойская шляпа и пара сапог с монограммами и ручной отделкой.
    Люсио был обрадован получением самогонки и немедленно утащил бутылки
    в дом, очевидно, чтобы их убрать. Дон Хуан значительно заметил, что
    никогда не следует прятать напитки и пить их одному. Люсио ответил, что не
    прячет их, а убирает до того вечера, когда он пригласит своих друзей и
    выпьет с ними.
    Тем же вечером, около семи часов, я вернулся к дому Люсио. Было
    темно. Я смутно разглядел силуэты двух людей, стоящих под деревом. Это был
    Люсио и один из его друзей, которые ждали меня и провели в дом при свете
    карманного фонарика.
    Дом Люсио представлял собой саманное неуклюжее сооружение с земляным
    полом и двумя комнатами. Длиной он был около 12 метров и поддерживался
    довольно тонкими деревянными стойками из мескайтового дерева. Он имел, как
    и дома всех индейцев яки, плоскую покатую крышу и рамаду, которая
    представляет собой своего рода веранду вдоль всей фронтальной части дома.
    Крыша рамады никогда не бывает покатой; она делается из прутьев, уложенных
    с промежутками так, что крыша дает достаточно тени и в то же время
    позволяет воздуху свободно циркулировать.
    Когда я вошел в дом, то я включил свой магнитофон, который был у меня
    в портфеле. Люсио представил меня своим друзьям. Включая дона Хуана, в
    доме было восемь мужчин. Они сидели кто где в центре комнаты под ярким
    светом бензиновой лампы, свисавшей с перекладины потолка. Дон Хуан сидел
    на ящике. Я сел лицом к нему на краю трехметровой скамьи, сделанной из
    толстой доски, прибитой к двум чурбакам, вкопанным в землю.
    Дон Хуан положил свою шляпу на землю рядом с собой. Свет бензиновой
    лампы делал его короткие седые волосы сверкающе белыми. Я взглянул ему в
    лицо. Свет также подчеркнул глубокие морщины на его шее и лбу и заставил
    его выглядеть темнее и старше.
    Я взглянул на остальных мужчин. При зеленовато-белом свете бензиновой
    лампы все они выглядели усталыми и старыми.
    Люсио обратился ко всем по-испански и сказал громким голосом, что мы
    сейчас разопьем бутылку баканоры, которую я привез ему из Ермосильо. Он
    пошел в другую комнату, принес бутылку, открыл ее и передал ее мне вместе
    с маленькой жестяной чашкой. Я налил очень немного в чашку и выпил.
    Баканора оказалась много более густой, чем обычный самогон, да и крепче
    тоже. Я закашлялся. Я передал бутылку и каждый налил себе небольшую дозу,
    каждый, за исключением дона Хуана. Он просто взял бутылку и поставил ее
    перед Люсио, который был последним по кругу.
    Все обменялись замечаниями о богатом букете и вкусе содержимого этой
    бутылки, и все согласились, что напиток, должно быть, приготовлялся высоко
    в горах Чихуахуа.
    Бутылка прошла по кругу еще раз. Мужчины облизали губы, повторили
    свои похвалы и начали живой разговор о заметной разнице между самогоном,
    изготовляемым около Гуадалахара и тем, что приходит с высот Чихуахуа.
    Во время второго круга дон Хуан опять не пил, и я налил себе лишь на
    глоток, но все остальные наполнили чашку до краев. Бутылка прошла третий
    круг и опустела.
    - Принеси остальные бутылки, Люсио, - сказал дон Хуан.
    Люсио, казалось, колебался, и дон Хуан, как бы невзначай, объяснил
    остальным, что я привез четыре бутылки для Люсио.
    Бениньо, молодой человек в возрасте Люсио, посмотрел на портфель,
    который я бессознательно поставил позади себя, и спросил, не являюсь ли я
    продавцом самогона. Дон Хуан сказал, что это не так и что я приехал
    навестить его.
    - Карлос изучает мескалито, и я его учу, - сказал дон Хуан. Все
    взглянули на меня и вежливо улыбнулись.
    Бахеа, дровосек, небольшого роста тощий человек с острыми чертами
    лица, пристально смотрел на меня секунду, а затем сказал, что кладовщик
    обвинял меня в том, что я шпион американской компании, которая собирается
    открыть рудники на земле яки. Все реагировали, как будто не причастны к
    подобному обвинению. Кроме того, они все недолюбливали кладовщика, который
    был мексиканцем или, как говорят яки, йори.
    Люсио прошел в другую комнату и вернулся с другой бутылкой баканоры.
    Он открыл ее, налил себе побольше, а затем передал ее по кругу. Разговор
    перешел на вероятность того, что американская компания обоснуется в
    Соноре, и о возможных последствиях этого для яки.
    Бутылка вернулась к Люсио. Он поднял ее и посмотрел на содержимое:
    сколько там еще осталось.
    - Скажи ему, пусть не горюет, - прошептал мне дон Хуан. - скажи ему,
    что ты привезешь в следующий раз еще.
    Я наклонился к Люсио и заверил его, что в следующий раз я собираюсь
    привезти ему не менее полудюжины бутылок.
    Наконец, разговор, казалось бы, выдохся.
    - Почему бы тебе не рассказать ребятам о своей встрече с мескалито? Я
    думаю, что это будет намного интересней, чем этот никчемный разговор о
    том, что случится, если американцы придут в Сонору.
    - Мескалито - это пейот, дед? - спросил Люсио с любопытством.
    - Некоторые зовут его так, - сухо сказал дон Хуан. - я предпочитаю
    называть его мескалито.
    - Эта проклятая штука вызывает сумасшествие, - сказал Хенаро, высокий
    угловатый мужчина среднего возраста.
    - Я полагаю, глупо говорить, что мескалито вызывает сумасшествие, -
    мягко сказал дон Хуан. - потому что, если бы это было так, то Карлос не
    говорил бы сейчас с вами тут, а был бы уже в смирительной рубашке. Он
    принимал его, и взгляните-ка - он здоров. - бахеа улыбнулся и смущенно
    сказал: "кто может знать?" - и все рассмеялись.
    - Тогда взгляните на меня, - сказал дон Хуан. - я знал мескалито
    почти всю жизнь, и он никогда не повредил мне ни в чем. - Мужчины не
    смеялись, но было очевидно, что они не принимают его всерьез.
    - С другой стороны, - продолжал дон Хуан, - справедливо то, что
    мескалито сводит людей с ума, как ты сказал, но лишь тогда, когда они
    приходят к нему, не зная, что они делают.
    Эскуере, старик, приблизительно в возрасте дона Хуана, слегка
    хмыкнул, покачав головой.
    - Что ты хочешь, Хуан, сказать этим "зная"? - спросил он. - Прошлый
    раз, когда я тебя видел, ты говорил то же самое.
    - Люди сходят с ума, когда наглотаются этого пейотного снадобья, -
    продолжал Хенаро. - Я видел, как индейцы Уичол ели его. Они действовали
    так, как будто бы у них была горячка. Они дергались, и пердели, и ссали
    повсюду. Употребляя это проклятое снадобье, можно получить эпилепсию.
    Именно так сказал мне однажды мистер салас, правительственный инженер. А
    ведь эпилепсия - это на всю жизнь, заметьте.
    - Это значит быть хуже животных, - мрачно добавил Бахеа.
    - Ты видел только то у индейцев Уичол, что хотел видеть, Хенаро, -
    сказал дон Хуан. - например, ты совсем не дал себе труда выяснить у них,
    что это значит быть знакомым с мескалито. Насколько я знаю, мескалито
    никогда никого не сделал эпилептиком. Правительственный инженер - йори, и
    я сомневаюсь, чтобы йори знал что-либо об этом. Ты, верно, не думаешь, что
    все те тысячи людей, которые знают мескалито, - сумасшедшие, или не так?
    - Они должны быть сумасшедшими или очень близко к тому, чтоб делать
    подобные вещи, - ответил Хенаро.
    - Но если все эти тысячи людей сумасшедшие в одно и то же время, то
    кто будет делать их работу? Как они ухитряются выжить? - спросил дон Хуан.
    - Макарио, который приехал с той стороны - из США - рассказывал мне,
    что всякий, кто принимает пейотль, отмечен на всю жизнь, - сказал Эскуере.
    - Макарио лжет, если он так говорит, - сказал дон Хуан. - я уверен,
    что он не знает того, о чем говорит.
    - Он действительно говорит очень много лжи, - сказал Бениньо.
    - Кто такой Макарио? - спросил я.
    - Он индеец яки, который живет здесь, - сказал Люсио. - он говорит,
    что он из Аризоны и что во время войны он был в Европе. Он рассказывает
    всякое.
    - Он говорит, что был полковником, - сказал Бениньо.
    Все рассмеялись, и разговор ненадолго перешел на невероятные рассазы
    Макарио, но дон Хуан вновь вернул его к теме мескалито.
    - Если все вы знаете, что Макарио лжец, то как же вы можете верить
    ему, когда он говорит о мескалито?
    - Ты имеешь в виду пейот, дед? - спросил Люсио, как если бы он
    действительно пытался определить смысл термина.
    - Да. Черт возьми.
    Тон дона Хуана был острым и резким. Люсио невольно распрямился, и на
    секунду я почувствовал, что все они испугались.
    Затем дон Хуан улыбнулся и продолжал спокойным голосом:
    - Разве вы - друзья, - не видите, что Макарио не знает того, о чем
    говорит? Разве вы не видите, что для того, чтоб говорить о мескалито,
    нужно знать?
    - Опять ты пришел туда же, - сказал Эскуере. - что, черт возьми,
    значит это знание. Ты хуже, чем Макарио. Тот, по крайней мере, говорит то,
    что у него на уме, знает он это или не знает. Уже много лет я слышал, как
    ты говорил, что нам нужно знать. Что нам нужно знать?
    - Дон Хуан говорил, что в пейоте есть дух, - сказал Бениньо.
    - Я видел пейот в поле, но я никогда не видел ни духов, ни что-либо
    вроде того, - добавил Бахеа.
    - Мескалито похож на дух, пожалуй, - объяснил дон Хуан, - Но чем бы
    он ни был, это не становится ясно до тех пор, пока не узнаешь о нем.
    Эскуере жалуется, что я говорю это уже много лет. Что ж, действительно это
    так. Но не моя вина в том, что вы не понимаете. Бахеа говорил, что тот,
    кто примет его, становится похож на животное. Что ж, я так не думаю. Для
    меня те, кто думают, что они выше животных, живут хуже, чем животные.
    Взгляни на моего внука здесь. Он работает без отдыха. Я бы сказал, что он
    живет для того, чтобы работать, как мул. И все, что он делает не животного
    - так это напивается.
    Все рассмеялись. Виктор, очень молодой человек, который, казалось,
    еще не вышел из подросткового возраста, смеялся звонче всех. Элихио,
    молодой фермер, до сих пор не произнес ни слова. Он сидел на полу справа
    от ...


    Продолжение на следующей странцие...

    << | <     | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 |     > | >>






     
      oiox.ru Rambler's Top100   Портал МИР ИСТИНЫ Яндекс цитирования
    Разработка
    Numen.ru